Как Путин обостряет и повышает эскалацию с Западом

BRIEFLY RU:

Как Путин обостряет ситуацию. Новый этап в противостоянии России с Украиной и Западом — материал для журнала Foreign Affairs политолога Андрея Колесникова. Часть 1/2

Теперь, когда выборы прошли, многие россияне опасаются новой мобилизации, хотя Кремль — стремясь не разрушить иллюзию более или менее нормальной жизни на фоне войны, которая достигла самого сердца России в виде атак беспилотников — по-видимому, предпочитает выборочную и скрытую мобилизацию всеобщей.

Но нельзя исключать и другие новые факторы давления. До тех пор, пока Путин будет верить, что время на его стороне, а народ — по-видимому, загипнотизированный тем, что Кремль называет «единством», продемонстрированным во время выборов, — готов нести бремя бедствий, он будет продолжать войну. А продолжение означает эскалацию — как за рубежом, так и внутри страны.

Уже сейчас российский президент отверг новую дипломатическую инициативу США и усилил темп и интенсивность атак на Украине. Между тем прокремлевские эксперты по внешней политике говорят о различных способах — как неядерных, так и ядерных — дальнейшей эскалации со стороны России, особенно в предстоящую зиму, когда Кремль планирует буквально заморозить Украину, нанося удары по энергосистеме.

Для Путина эскалация стала основным средством удержания власти.

Уже несколько недель появляется множество признаков того, что Путин готовится к новому этапу конфликта России с Украиной и Западом. Кремль постоянно разжигает атмосферу чрезвычайной ситуации, распространяя угрозы — то, что покойный российский политолог Глеб Павловский называл «конвейером конфликтов», механизмом, который ни в коем случае нельзя останавливать.

В то же время правительство навязывает обществу менталитет осажденной крепости и необходимость сохранять абсолютное единство — эта динамика усиливается в связи с активизацией украинских авиаударов вглубь территории России. Именно такое усиление угрозы объясняет масштабные репрессии против партии «Яблоко» в преддверии парламентских выборов. Когда в стране требуется единое национальное сознание, никакие антивоенные голоса не могут звучать на законных основаниях.

Тем временем Путин с необычной частотой совершает поездки, проводит встречи и выступает с речами. Он обращался к военным, детям, учёным и бизнесменам, а также посетил спорный остров в Охотском море с явной целью разозлить и спровоцировать Японию.

В то же время с лета Кремль активизировал усилия по поддержанию эмоциональной и духовной мобилизации масс вокруг «специальной военной операции». Ни одна сфера российской культуры, общества или истории не остается без внимания.

Пока что Кремль считает, что у него есть и время, и средства, чтобы продолжать борьбу столько, сколько потребуется. Путин не способен усомниться в своей правоте. Наряду с инсценированными выборами в Государственную Думу, избавление общественной сферы от любых следов антивоенной риторики призвано обеспечить Путину более сильный мандат на любые действия, которые он сочтёт нужными. Остаётся неизвестным, насколько долго россияне готовы признавать эту легитимность.

Как Путин обостряет ситуацию. Новый этап в противостоянии России с Украиной и Западом — материал для журнала Foreign Affairs политолога Андрея Колесникова. Часть 2/2

До сих пор гражданам приходилось самим справляться с горящими НПЗ, разрушенными складами, пустыми заправочными станциями, неработающим интернетом и рисками для жизни, связанными с атаками дронов. Помимо хронической инфляции проблемой стал дефицит бюджета, а ВВП и промышленное производство России колеблются чуть выше нуля. И это несмотря на то, что до недавнего времени производство вооружений формально поддерживало эти показатели на умеренно высоком уровне; теперь же даже это уже не помогает.

Перед лицом этих вызовов люди пока терпят существующую систему.

Стоит также отметить, что те же опросы, которые показывают, что россияне менее удовлетворены специальной военной операцией, чем раньше, также показывают, что они все больше предпочитают усиление ударов, а не уступки ради достижения мира.

Более половины респондентов, опрошенных «Левада-Центром» в августе, считают вероятным, что специальная военная операция продлится ещё год, и число тех, кто уверен в этом, выросло. Именно из-за полного изнеможения от войны многие видят в усилении военных действий способ приблизить мир.

Но если Кремль потребует очередного «сплочения вокруг флага» — особенно такого, которое предполагает мобилизацию значительной части мужского населения — это может переломить ситуацию в ущерб Путину. И тем не менее такую возможность нельзя исключать.

В путинской России эскалация происходит на двух разных фронтах — на поле боя и внутри страны. Признаки этого видны почти повсюду.

Продолжаются аресты и заключение в тюрьмы тех, кто не согласен с политикой Кремля. Наблюдается неуклонное ужесточение, доходящее до абсурда, законодательства в отношении «иностранных агентов», особенно тех, кто покинул страну и теперь лишен не только политических, но и имущественных и финансовых прав. Наблюдается все более непосильное налоговое бремя, поскольку режиму не хватает средств на войну.

В международных анализах российской стратегии часто упускается из виду внутренний фронт, хотя он не менее важен. Одна форма эскалации не может существовать без другой.

Без усиления внутреннего давления режим не может активизировать внешние действия.

Создание кризисов стало основой системы Путина и механизмом, с помощью которого он удерживает власть. Однако отдача от этой стратегии  снижается.

Нынешняя приверженность Кремля эскалации любого рода — это не признак силы, а признак слабости.

Выборы позволили Путину вовлечь россиян в свою «специальную военную операцию» через процесс голосования: каждый, кто принял участие в выборах, стал соучастником. Но это, скорее всего, только усугубит разочарование многих людей, уставших от условий жизни, навязанных государством.

Никто не будет протестовать. Многие будут притворяться, что поддерживают власть. Но, как и в последние годы существования Советского Союза, само существование в рамках такой системы будет выглядеть скорее имитацией нормальной жизни, чем самой нормальной жизнью.

Для страны, травмированной войной, одурманенной пропагандой насилия и идеологией национального превосходства, а также пострадавшей от искажённой и всё более нефункциональной военной экономики, больше нет ясного выхода.

Величайший кризис путинского режима — это кризис будущего. Он не знает, куда идти и зачем. И поэтому продлевает войну как средство выживания. Администрация США пытается показать Путину «съезд с трассы», заманивая его масштабными бизнес-сделками или, если статус-кво сохранится, угрожая ввести «адские» санкции.

Но самый реалистичный сценарий на данный момент заключается в том, что Путин будет продолжать тянуть время, используя зиму в качестве оружия.

Подписаться